Здравствуй, дерево! Как построить бизнес на бересте

19
июня 2018
Автор: Кирилл Ольгинский

Береста или берёста – верхний слой березовой коры, уникальный материал, из которого веками на Руси делали посуду, обувь, лодки, ею крыли крыши и использовали для письма. Сегодня береста – побочный продукт лесозаготовки, который в лучшем случае идет на растопку. Промышленный дизайнер Марина Турлай создала из бересты и керамики рентабельный дизайнерский продукт – "Берёсту", который не только хорошо продается, но может перевернуть представление о русском сувенире как таковом.

История "Берёсты" началась три года назад, когда Марина Турлай училась в Британской высшей школе дизайна в Москве. Студентам дали задание придумать коммерчески успешный дизайнерский продукт, которому были бы не страшны кризис и санкции, не требовались импортное оборудование и материалы. Перебрав несколько вариантов, Марина остановилась на бересте: "Береста очень прочная, водоустойчивая, обладает термоизоляционными свойствами и хорошо поддается обработке – это плюс для дизайнера", – говорит она.

Новое прочтение бересты

Традиционные берестяные туеса и короба, которыми полны провинциальные сувенирные лавки, в качестве конкурентоспособного антикризисного продукта явно не подходили.

"Я поняла, что промыслу нужна интерпретация, новый взгляд, – объясняет Марина Турлай. – Потому что те изделия, которые производят сегодня, не покупают, они не подходят для наших домов – слишком самобытные, устаревшие и неинтересные, а сам материал очень интересный. Чего мы только не делали в нашем воркшопе: и прессовали, и обтягивали предметы, и обрабатывали лазером, и варили. Бересте нужна прочная основа. Так я пришла к сочетанию с керамикой и стеклом".

В итоге московский дизайнер придумала оборачивать берестяными полосками керамические кружки и посуду. Получились стильные и практичные изделия. Береста на ощупь приятная, как бы живая и при этом является прекрасным теплоизолятором – кружку с кипятком в берестяной окантовке можно сразу брать в руки. И никакого клея – бересту намертво крепят к керамической основе специальным дальневосточным замком. А еще такие кружки можно мыть в посудомоечной машине – береста совершенно не боится воды.

В поисках производства

"Наш продукт очень простой, – говорит Марина Турлай. – Он состоит, с одной стороны, из керамической чашки, а с другой – из берестяной обертки. Но наладить оба процесса было очень непросто, потому что материалы капризные – и керамика капризная, и береста капризная. В итоге это получилось".

Получилось не сразу: чтобы освоить технологию производства фаянсовой основы, Марина Турлай провела месяц на суздальской фабрике "Дымов Керамика". После чего объехала еще пять фаянсовых заводов в поиске надежных поставщиков. Почти везде сталкивалась с разрухой и устаревшим оборудованием. Сначала удавалось производить не больше 50 кружек в месяц. На мастер-классе в Государственном Дарвиновском музее Марина Турлай познакомилась с Наталией Дроновой, исполнительным директором Международного центра ответственного туризма. В итоге образовался деловой тандем.

"Мы помогли Марине наладить производство и коммерциализировать проект, – рассказывает Наталия Дронова. – Сначала нашли производство в Тамбове, где смогли изготовить за полгода полторы тысячи чашек, но не смогли продолжить из-за особенностей технологии. К нам как-то обратились из компании – известного производителя зубных паст, хотели заказать 4 тысячи фирменных кружек, но из-за отсутствия нормального производства от заказа мы были вынуждены отказаться. Чтобы выйти на окупаемость, нам нужно производить тысячу чашек в неделю".

Фаянс в отличие от фарфора – традиционное для России направление, однако, по словам Наталии Дроновой, найти производителя керамики, который своевременно и качественно выполнит заказ, – проблема. При этом сами фаянсовые заводы оторваны от потребителя. "Существуют традиционные производства, которые работают по старинке. У них, как правило, есть свои художники, но они совершенно не работают с современными дизайнерами, не изучают спрос. Производят те же вазы, что и тридцать лет назад, а насколько они будут востребованы? К тому же все они нуждаются в обновлении оборудования".

Содрать кору

Второй компонент – береста. Первоначально ее закупали случайным образом, но затем Марина Турлай и Наталия Дронова отправились в Новгородскую область – родину берестяных грамот, проехались по местным лесхозам и договорились о том, что лесорубы будут снимать для "Берёсты" кору по всем правилам – до того, как дерево срублено. Там же нашли и профессиональных берестянщиков, умеющих работать с этим капризным материалом.

Для того чтобы качество бересты было образцовым, необходимо специальное оборудование. Для того чтобы набрать необходимую для его покупки сумму, компаньоны организовали сбор средств на краудфандинговых платформах Planeta.ru и Boomstarter.ru.

Сегодня конечная сборка изделий "Берёсты" происходит в Москве, но в идеале, как считают авторы проекта, все производство должно быть сосредоточено в одном из регионов, где производится керамика или береста. Возможно, таким «якорным» регионом станет самый берестяной край России – Новгородская область.

В соавторстве с мальчиком Онфимом

В настоящий момент проект "Берёста" предлагает потребителям шесть основных коллекций. Log (бревно) – кружки и посуда, обернутые берестой без каких-либо дополнительных украшений. "Ничего лишнего. Только то, что сделала природа", – пишут авторы. Рождественская коллекция Christmas выполнена в скандинавском стиле с использованием образов оленей, а Onfim и Gramoty – это обращение к русским корням. На них воспроизводятся записи и изображения, найденные на знаменитых новгородских берестяных грамотах, в частности детские рисунки мальчика Онфима, жившего в XIII веке. Коллекция Skaz от российского иллюстратора Ирины Ши – это фантазия на тему современного лубка.

В коллекции Braille на поверхности бересты нанесены объемные надписи шрифтом Брайля для слабовидящих. Это инклюзивный проект – в производстве коллекции участвуют люди с инвалидностью по зрению. Именно эти чашки, по словам Марины Турлай, пользуются наибольшей популярностью у зарубежных покупателей. "При этом важно, что наши изделия не просто туристический сувенир, они вписаны в быт", – говорит она.

Продажи и миссия

Продукция "Берёсты" – недешевая. Себестоимость одной фаянсовой чашки  в зависимости от коллекции колеблется от 350 до 500 рублей. В этой сумме – заработные платы людей с инвалидностью, именно они занимаются теснением надписей и изображений на бересте и "одевают" корой фаянсовые заготовки. Не менее 20% от стоимости уходит в местные бюджеты, еще 20% – стоимость транспортировки. Изделия проекта сегодня можно найти в сувенирных лавках московского парка "Зарядье", Государственного исторического музея, Всероссийского музея декоративно-прикладного искусства и подмосковной Жуковке. Самый перспективный канал продаж – корпоративные заказы.

Главная социальная миссия проекта, по замыслу авторов, – создать новый, узнаваемый не только в нашей стране, но и за рубежом российский бренд, основанный на традиционных промыслах, но современный по форме и подаче.

"Нашим проектом мы хотим показать, что в России может создаваться крутой дизайн, который будет представлять страну на международном уровне и достойно конкурировать, – говорит Марина Турлай. – На выставке во Франкфурте ко мне подходили и спрашивали: "Ты из России? Да ладно! Там производят такие классные вещи? Мы думали, что Россия это только шапки-ушанки и матрешки". Наш проект – это новый взгляд на бересту, на традицию, на свое прошлое. Мы создаем новый бизнес там, где его еще не было".

"Работа с берестой и фаянсом – это рабочие места, которые совершенно точно не займут роботы, – вторит ей Наталия Дронова. – У нас уже задействовано пять мастеров-берестянщиков в Шимском районе Новгородской области. Они чуть ли не единственные в стране знают, как правильно сдирать бересту с березы. Еще немного и этот навык был бы навсегда утерян. Наш проект призван подстегнуть развитие керамического и берестяного производства в России. Еще один социальный эффект – то, что регионы узнают друг о друге. До этого у Новгородской области и Тамбовской практически не было общих проектов, а теперь они соединились в одном новом промысле".

В планах руководителей "Берёсты" – разработать и запустить производство новых вариаций, например бересты с металлом или стеклом.

"Конечно, у бересты есть свои лимиты, но я считаю, что для дизайна и для продуктов, которые могут быть из нее созданы, она имеет незаслуженно забытый потенциал, – говорит Марина Турлай. – То же самое случилось в свое время с кожей. Когда-то это был чисто ремесленнический материал, а теперь над ее производством работают целые индустрии. Для меня береста – это прежде всего Россия. Это история про "Сделано в России", про наших дизайнеров".

вернуться в раздел

поделиться:

Читайте также
Огонь, портал и девять струн
Несколько лет назад на гуслях в России играло считанное количество людей, а сам инструмент встречался редко и был чрезвычайно дорог. Сегодня гусляров-профессионалов и любителей уже…
читать полностью
Проект для души
Проект для души 30 мая 2018
Что если вместо разовой благотворительной помощи открыть… кондитерскую? И взять на работу мам-одиночек, для каждой из которых нужен индивидуальный график и особые условия? Именно так…
читать полностью
Действуют локально, а цели глобальны
В 2015 году главы государств, собравшись в штаб-квартире ООН, провозгласили 17 главных целей "устойчивого развития" человечества до 2030 года. Все они так или иначе связаны…
читать полностью
"Наша технология – говорить правду"
Главная социальная миссия компании Everland, основанной Игорем Новиковым и Еленой Мартыновой в 2016 году, – говорить правду. Это инклюзивный проект, который дает возможность людям с…
читать полностью
Малый радиус для большого дела
…Человек на инвалидной коляске достает из багажника автомобиля нечто похожее на укороченный самокат без заднего колеса, но с моторчиком. Несколькими простыми движениями прикрепляет устройство к…
читать полностью

Метки

Фонд региональных социальных программ «Наше Будущее»
119019, г. Москва, ул. Знаменка дом 8/13, строение 2